Несмотря на отмеченные выше бесспорные достижения в области отечественной военной офталмологии, предстоит еще большая работа по дальнейшему усовершенствованию лечения огнестрельных ранений и повреждений глаз. Это касается как организационной, так и лечебной стороны вопроса.
Опыт Великой Отечественной войны показал на необходимость постоянной и неослабевающей подготовки офталмслогов, знающих офтал-мохирургические методы лечения повреждений органа зрения, в особенности методы хирургической обработки ран придатков глаза, глазного яблока и глазницы и извлечения инородных тел.
Для руководства этой помощью необходимы высококвалифицированные офталмологи, хорошо знакомые с организационными вопросами военно-медицинской службы Советской Армии.
Следует учесть при этом большую положительную роль, которую сыграли в Великую Отечественную войну 1941—1945 гг. в деле организации и руководства глазной помощью действующей армии главные окулисты фронтов и исполняющие обязанности армейских окулистов.
Трудно переоценить значение той большой работы, которая была проведена на всех фронтах по подготовке общевойсковых врачей и среднего медицинского персонала по оказанию помощи при повреждениях и заболеваниях глаз. Здесь исключительную роль сыграли подвижные офталмологические группы, работавшие в тесном контакте с группами по другим специальностям, а также постоянные специализированные госпитали во фронтовых и армейских районах для лечения раненных в голову и шею. Нельзя не учесть того обстоятельства, что совместная работа различных спе циалистов в одном лечебном учреждении, несомненно, способствовала эффективному лечению наиболее часто встречаемых комбинированных ранений.
Крайне необходимой была работа офталмологов и в сортировочное эвакуационных госпиталях.
При подготовке офталмологов нельзя забывать и очень важный раздел военной офталмологии — вопросы военно-врачебной экспертизы.
Военный офталмолог должен быть не только опытным офталмохирур-гом,— он должен быть опытным офталмологом в широком понимании этого слова, авторитетным врачом-экспертом, знающим условия военного труда в различных родах войск.
Для работы в условиях полевой обстановки необходимо соответственно современным требованиям специальное оснащение офтальмологическими аппаратами, приборами и хирургическим инструментарием, а также корригирующими очками и глазными протезами.
Опыт Великой Отечественной войны показал целесообразность проведения ряда практических мероприятий. К ним относятся:
а) приближение офталмологической помощи к войсковому -району;
б) систематическое лечение пораженных в глаз в пути во время их эвакуации в военно-санитарных поездах и на санитарко-тракепортвых судах;
в) строгое соблюдение с учетом боевой обстановки показаний и противопоказаний к эвакуации, правильный выбор вида транспорта для определенных категорий пораженных в глаз, а также соблюдение правил послеоперационного режима;
г) необходимость применять общие лечебные мероприятия, которые способствовали бы предупреждению развития тяж злых патологических процессов, приводящих к гибели глаз в тех случаях, когда при создавшейся боевой обстановке отсутствует возможность скорейшего (считая от момента ранения) оказания офталмологической помощи.
Особое внимание должно быть обращено на организацию скорой электромагнитной помощи и приближение ее, чтобы в зависимости от боевой обстановки она могла быть оказана по возможности в 1—2-е сутки (от момента ранения).
Немалую роль в этом деле должна сыграть санитарная авиация.
Основными вопросами, касающимися лечебной стороны, является необходимость дальнейшего клинико-экспериментального и патологоана-томического изучения вопроса о хирургической обработке ран глазного яблока с обязательным учетом отдаленных результатов лечения.
При этих экспериментальных исследованиях должны быть учтены особенности огнестрельных ран глаз и реальный срок оказания квалифицированной глазной помощи.
Следует подчеркнуть, что правильность выводов советских офтал-мологов о большом практическом значении сближения краев раны при лечении проникающих ранений глазного яблока не подлежит никакому сомнению. Но вопрос о сущности патологоанатомических изменений при травме глаза, а также о частоте развития инфекции при огнестрельных его ранениях остается все еще не решенным. Это прежде всего относится,, как указывает большинство авторов, к защищаемым Э. Ф: Левкое вой следующим положениям: о значении избыточной регенерации клеточных элементов роговицы и склеры в гибели глаза при проникающем его ранении, об отсутствии участия сосудов в заживлении ран роговицы, в недооценке роли эписклеры и отрицании ведущей роли грануляционного процесса в заживлении ран глазного яблока.
Очень важно усовершенствование методов диагностики и извлечения немагнитных осколков из глаза и глазницы, а также дальнейшие наблюдения за отдаленными результатами комплексного лечения свежих контузий глазного яблока. Особое внимание должно быть обращено на изучение патологической анатомии контузий глаза и его последствий (травматическая глаукома) на основе больших экспериментальных исследований.
Необходимо дальнейшее усовершенствование методов рентгенологического определения локализации инородных тел в глазу и в глазнице, в особенности при свежих ранах, а также внедрение в^широкуго практику стереорентгенографического метода локализации инородных тел в глазнице и метода гониоскопии.
Особого внимания заслуживает дальнейшее изучение всего комплекса вопросов, связанных с проблемой сохранения тяжело поврежденного глаза и предотвращения тяжелых последствий и осложнений, как вторичная глаукома, иридоциклиты, травматическая инфекция, отслойка сетчатки и т. д.
Изучение этиологии, патогенеза, предупреждения и лечения симпатического воспаления является одной из актуальных проблем военной офталмологии.
Не менее важно изучение вопроса о лечении комбинированных повреждений глаз, черепа и придаточных полостей носа.
В связи с повреждением век, в особенности причиненных ожогами, следует указать на необходимость дальнейшего изучения вопроса о келоид-пых рубцах, причинах их развития, профилактике и лечении.
Очень актуальным является вопрос о механизме огнестрельных ранений и повреждений органа зрения. Это изучение должно проводиться путем экспериментальных исследований с учетом применения современного оружия.
Большое значение имеет профилактика повреждений глаз в мирное и особенно в военное время. Как покавал опыт войны, травматизм органа зрения наблюдался в технических мастерских вследствие несоблюдения правил и инструкций по санитарно-техническому надзору, а также-при боевой подготовке из-за несоблюдения приказов и инструкций во время занятий в поле при применении взрывчатых веществ и т. д.
Исключительное значение приобретает проблема лечения военной слепоты и трудоустройства военноослепших. Одновременно неотложной задачей является дальнейшее изучение вопросов, связанных с коррекцией зрения у слабозрячих инвалидов (телескопические очки), а также средств, помогающих ослепшим ориентироваться в пространстве.
Еще в годы Великой Отечественной войны советские конструкторы (А. А. Качугии и др.), исходя из известного ранее принципа фотоэлементов, начали работу по конструированию приборов, помогающих военноослеп-шим ориентироваться в пространстве, а также и для других более сложны.* целей (чтение). Были изготовлены первые, правда, несовершенные, образцы приборов. В настоящее время эта очень важная работа продолжается.
Итак, советские офталмологи добились значительных успехов в лечении огнестрельных ранений и повреждений глаз. Их опыт выдвинул с особой остротой ряд вопросов, подлежащих дальнейшему всестороннему и углубленному изучению на основе современных достижений отечественной наука.

С., 21 года, в 1943 г. получил ранение левого глаза при взрыве пороха из ружейного патрона, сссле чего глаз в течение 6 лет периодически болел, краснел и страдал светобоязнью. При поступлении в клинику в май 1949 г. правый глаз здоров, Острота зрения правого глаза равна 1,0, левого глаза—0,2, не корригируется. Роговица левого глаза на V—VII часах диффузно мутна и утолщена, эпителий здесь буллезно изменен. Было предположено, что эти изменения роговицы связаны с наличием инородного тела в нижней части угла передней камеры. Однако обычный осмотр, биомикроскопия и бесскелетная рентгенография не подтвердили этого предположения. Только с помощью гониоскопии, произведенной по упрощенному методу (с бинокулярной лупой), удалось сразу же обнаружить на VI часах в углу передней камеры частицу бездымного пороха в виде томной цилиндрической палочки размером 0,7 х 2 мм.
Она была расположена в углу камеры в точном соответствии с локализацией поражения в роговице. Инородное тело было легко извлечено пинцетом через разрез в роговице по Гаабу (рис. 54). Гладкое заживление.
Интересно отметить, что в одном из случаев успешного извлечения малого осколка стекла через разрез по Гаабу имела место в прошлом попытка извлечь тот же осколок с помощью разреза по Гайе. Несмотря на высокую квалификацию оперировавшего, извлечь осколок по этому способу не удалось.
П. Ф. Архангельский (1944) открывал угол передней камеры путем трепанации роговицы у лимба в виде полукруга с помощью трепана ФМ-3; отогнув образовавшийся лоскут роговицы, он извлекал инородное тело через трепанационное отверстие. Этот способ он считает удобным.

Синдром «электрического разряда» наблюдается при огнестрельных ранениях черепа с поражением оболочек и состоит в том, что при наклонении головы возникает ощущение электрического тока, иррадиирующего в конечности. Симптом этот поздний. Возникает он в связи с процессами рубцевания твердой мозговой оболочки. Для офталмологов этот симптом представляет интерес потому, что он чаще всего наблюдается при ранениях затылочной доли и иногда отмечается наряду с гомонимной гемианопсией.
Гомонимная гемианопсия вызывается разрушением или временным выключением зрительных путей и связанных с нимиучастков коры затылочной доли, имеющих отношение к акту зрения. Наряду с этим, огнестрельные ранения могут быть причиной развития ряда симптомов со стороны органа зрения, обусловленных явлениями раздражения коры затылочной доли. Сюда относятся зрительные галлюцинации и фотопсии.
Фотопсии представляют собой субъективные световые явления, не имеющие характера определенных фигур и объектов. В большинстве случаев они проявляются в виде множественных мелькающих бесцветных пятен, искр и полос, появляющихся в определенных участках поля зрения. Гораздо реже эти фотопсии бывают окрашены в тот или иной цвет.'
Зрительные галлюцинации по своему содержанию весьма разнообразны. Иногда раненый видит приближающихся к нему различных животных , иногда — фигуры людей или какие-нибудь неодушевленные предметы. Галлюцинации после огнестрельных ранений имеют некоторые общие черты. Сюда относится однообразие их содержания в каждом отдельном случае, а также и то обстоятельство, что все кажущиеся раненому фигуры и объекты находятся не в состоянии покоя, а в движении. По мнению Клейста, однообразие и подвижность зрительных галлюцинаций указывают на то, что в основе этих галлюцинаций лежит раздражение определенных, резко ограниченных участков коры затылочной доли, причем раздражение захватывает и оптически моторную зону. Фотопсии и зрительные галлюцинации наблюдаются только в первое время после ранения, появляясь в подавляющем большинстве случаев в выпавших половинах поля зрения. В дальнейшем в связи с затиханием явлений раздражения они прекращаются.
Судя по литературным данным, как фотопсии, так и зрительные галлюцинации после огнестрельных ранений наблюдаются редко. Вместе с тем трудно составить правильное представление об их фактической частоте, так как обстановка военного времени далеко не всегда дает возможность собрать анамнез с достаточной для этих целей тщательностью,
Во время первой мировой войны Бест на 86 случаев гемианопсий при свежих огнестрельных ранениях наблюдал зрительные галлюцинации только два раза.
Во время Великой Отечественной войны автор наблюдал 66 случаев гемианопсий при огнестрельных ранениях черепа и лишь один из раненых указал на наличие зрительных галлюцинаций. Вкратце эта история болезни приводится ниже.
К. Н. ранен 27/IX 1941 г. осколком мины в правую затылочную область. После ранения в течение недели ничего не видел. На протяжении этого периода появились зрительные галлюцинации в левой половине поля зрения. Видел горбатых карликов с длинными бородами и ряд других уродливых фигур, находившихся в движении. В дальнейшем острота зрения постепенно стала восстанавливаться. При исследовании в апреле 1942 г. найдено следующее: в затылочной области справа имеется незаживающий свищ. Трепанации черепа не было произведено. На рентгенограмме черепа в верхнем отделе затылочной кости справа виден округлый дефект размером 1,5x1,5 см с нечеткими краями и группой мелких костных и металлических осколков у нижне-внутрен-него края дефекта. Острота зрения обоих глаз равна 1,0. Глазное дно обоих глаз без изменений. Поле зрения: на обоих глазах имеется абсолютная центральная гемиано-пическая скотома.
В данном случае зрительные галлюцинации носили устрашающий характер. Эту особенность отмечают иногда и другие авторы. Так, в одном из случаев Утгоффа, относящемся к периоду первой мировой войны, раненый на протяжении 2 недель после трепанации черепа, произведенной в связи с осколочным ранением затылочной области, жаловался на зрительные галлюцинации: он видел движущихся калек, уродливых детей, руки мертвецов.
В некоторых случаях зрительные галлюцинации проявляются в виде кортикальной метаморфопсии, что наблюдал Л. А. Дымшиц. Кортикальная метаморфопсия состояла в неправильном восприятии контуров предметов, которые казались искривленными и исковерканными.
В другом случае по наблюдениям того же автора раненый, находившийся в полевом госпитале в лесу, отмечал, что всякий раз при взгляде на ствол дерева, стоявшего против его койки, он необычайно ясно различал во всех деталях миниатюрный работающий механический двигатель. Интересно, что, хотя в данном случае содержанием галлюцинации был веодушевленный предмет, все же и здесь зрительные образы содержали элементы движения.

Ш. М, ранен 9/IX 1942г. в затылочную область. 10/Х операция. Рассечен раневой канал, соединяющий входное и выходное отиерстиев затылочной области слева. Удалена значительная гематома. Дефектов костей черепа не обнаружено. 15/1 1943 г. повторная операции по поводу длительно не заживающего свища затылочной области. Обнаружен дефект наружной пластинки размером 2,5x1 см. Внутренняя пластинка с трещиной, покрытой грануляциями. Твердая мозговая оболочка не повреждена. Офталмо-логические данные от 3/11: острота зрения правого глаза равна 0,5, левого глаза —0,3; глазное дно обоих глаз без изменений. Поле зрения: правосторонняя гемианопсия без сохранения области желтого пятна. Реакое сужение левых половин поля зрения на левом глазу — до 30—40", а на правом — до 15—20° (рис. 89).
Ко второй группе относятся случаи, в которых при гомонимной гемианопсии размеры и положение выпавших частей поля на обеих глазах различны. К этой группе откосится следующее наблюдение.
Т. Ф. ранен 14/XI 1943 г. осколком мины в правую аатылочнотеменную область. 17/XI—трепанация черепа. Из мозгового вещества на глубине 6—7 см удалены костные осколки.Данные рентгенологического исследования от 15/1 1944 г.: на границе затылочной и теменной кости справа круглый дефект. Офталмологические данные от 11/]: острота зрения обоих глаз равна 0,1; глазное дно обоих глаз без изменений. Поле зрения: частичная левосторонняя гемианопсия по типу квадрантной. Скотомы в сохранившихся участках поля зрения. Область желтого пятна на правом глазу сохранена на 5°, на левом—не сохранена1. Асимметрия дефектов поля зрения в данном случае проявляется как в конфигурации, так и в расположении скотом.
Наиболее удовлетворительное объяснение развития асимметричных дефектов поля зрения при гомонимных гемиаиопсиях на почве огнестрельных ранений черепа дает Кдейст. Согласно теории Клейста, волокна, идущие от идентичных мест сетчаток обоих глаз, заканчиваются в двух слоях расщепленного IV слоя, а именно: в слоях iVa и IVc по Бродману, или lamina granulans interna superlicialis и lamina granulans interna profunda по другой терминологии. Поля, соответствующие отдельным идентичным точкам обеих сетчаток, лежат при этом друг над другом, а не рядом, в шахматном порядке, как этого требует теория Вильбранда (Will brand;. Слияние зрительных возбуждений, исходящих из идентичных точек сетчаток обоих глаз, происходит в слое IVb по Бродману (или lamina intermedia) за счет больших звездчатых ганглиоз-ных клеток.
Частое развитие асимметричных дефектов ноля зрения при гомоним-ной гемианопсии на почве огнестрельных ранений по Клейсту объясняется следующим образом. При огнестрельных ранениях чаще, чем при заболеваниях головного мозга, может иметь место неравномерноз поражение обоих слоев laminae granulans internae. Этому способствует и ббльшая складчатость коры в области fissurae calcarinae. Надо учесть и то обстоятельство, что кровоизлияния, отеки, воспалительные процессы и размягчения мозга могут распространяться в различных слоях laminae granulans internae одинаково быстро и интенсивно. Неодинаковое поражение laminae granulans internae superficialis и profundae должно привести к развитию асимметрич.-ных дефектов поля зрения, так как в этих слоях заканчиваются непере-крещенные и перекрещенные волокна, идущие от идентичных точек сетчаток обоих глаз.

На почве поражений тройничного нерва развиваются расстройства чувствительности и невропаралитический кератит. Изменения чувствительности в большинстве случаев выражаются в виде понижения или полной потери чувствительности, вызванных понижением или полным прекращением проводимости пораженных нервных волокон. В более редких случаях травма сопровождается раздражением поврежденного нерва, что приводит к болям и развитию гиперестезии в иннервируемой области. Со стороны глаза обычно наблюдается понижение или отсутствие чувствительности роговицы и конъюнктивы, выражающееся в понижении или отсутствии роговичного и конъюнктивального рефлекса. Одновременно наблюдается гипо- или анестезия кожи век и лба при поражении первой ветви тройничного нерва и более распространенные расстройства кожной чувствительности при поражениях, кроме того, и других ветвей.
Невропаралитический кератит в большинстве случаев приводит к развитию вяло протекающих язв роговицы. Наряду с этим, встречаются и другие, более редкие формы кератитов.
Поражения тройничного нерва при огнестрельных ранениях наблюдаются относительно редко. Особенно редко при этом отмечалось развитие невропаралитического кератита, который во время первой мировой войны был описан только в 5 случаях.
Ниже приводится краткое описание одного случая невропаралитического кератита, наблюдавшегося во время Великой Отечественной войны.
Г. А. ранен 18/V 1942 г. осколком мины в левую височную область с последующей потерей сознания в течение 2 часов. Вскоре после ранения произведена трепанация черепа. Со стороны нервной системы при осмотре 29/V отмечен паралич левого отводящего нерва и резкое понижение чувствительности во всей области, иннервируемой левым тройничным нервом. 20/VIII при рентгенологическом исследовании обнаружен ъ области левой подвисочной ямка большой треугольный костный дефект, на фоне которого видны мелкие костные осколки. В полости черепа определяются три металлических осколка, один из них расположен у самой верхушки левой пирамидки.
В конце декабря у раненого появились боли при надавливании на левую глазничную ветвь тройничного нерва, отдававшие в сшшку носа. 10/1 1943 г. раненый впервые пожаловался на резь в левом глазу. Через несколько дней у него на этом глазу развился невропаралитический кератит в виде упорной, вяло протекающей язвы роговицы. Процесс удалось приостановить только через 2 месяца после производства постоянной блефароррафии.
Основные симптомы, наблюдавшиеся в этом случае, обусловлены локализацией внутричерепного осколка, Отводящий нерв на своем пути от основания мозга к глазнице проходит через верхушку пирамиды. Гассеров узел расположен на передней поверхности пирамиды между листками твердой мозговой оболочки. Так как один из металлических внутричерепных оеколков расположен непосредственно впереди верхушки пирамиды, то такая локализация осколка вполне объясняет как имевшийся паралич отводящего нерва, так и ранение тройничного нерва. Позднее развитие невропаралитического кератита (через 8 месяцев после ранения) объясняется поздним развитием anaesthesia dolorosa в области первой ветви тройничного нерва. Последнее показывает, что в патогенезе невропаралитического кератита существенное значение имеет раздражение волокон тройничного нерва.

Благодаря применению более точных методов рентгенодиагностики и электромагнита, преобладающее большинство операций по извлечению инородных тел давало положительные результаты.
Р. И. Смелянский (1943J получил отрицательный результат в 4 случаях (из 47), из них в одном случае осколок не был обнаружен при операции, а в 3 случаях отрицательный результат был обусловлен неправильной трактовкой рентгенограммы: инородные тела находились не в глазнице, а в решетчатой пазухе.
В. П. Страхов и Е. М. Бочевер (1946), произведя88 операций, не смогли извлечь инородные тела у 2 раненых, причем в одном случае неудача операции была обусловлена тоже неправильным заключением рентгенолога: пуля находилась в основной пазухе.
Автор произвел 324 операции извлечения инородных тел из глазницы (89 из них во время или после энуклеации, остальные 235 операций были произведены при наличии глазного яблока): 226 (77,2%) инородных тел были извлечены электромагнитом, а 74 (22,8%) были удалены пинцетом, зондом или другими инструментами. В последних случаях инородные тела в значительном количестве были также магнитными, но из-за наличия спаек не могли быть извлечены магнитом. Из 324 оперированных у 24 (7,4%) извлечь инородные тела не удалось. У 15 из этих раненых извлечение производили после энуклеации; ввиду отрицательной магнитной пробы (отсутствие подтягивания магнитом тканей) и незначительных размеров осколков дальнейших попыток к извлечению не производилось. Наибольший интерес представляет анализ неудач операций у остальных 9 раненых. У двоих причиной неудачи операции явилось плотное внедрение осколка в верхнюю стенку глазницы, а у троих — неправильное заключение рентгенолога: осколки, как показал ретроспективный анализ рентгенограмм, находились не в глазнице, а в придаточных пазухах носа. У остальных 4 раненых осколки локализовались далеко sa глазом; к тому же не была исключена возможность, что это были немагнитные осколки — при многократном введении магнита не отмечалось никакой реакции: ни «прилипания» мап-шта, ни подтягивания тканей.

Наряду с хирургическим лечением, в Великую Отечественную войну широко применялась консервативная терапия при боевых повреждениях глаз, которая дополняла, а иногда, как, например, при контузионных повреждениях глаз, даже была основным методом лечения. Консервативная терапия в Великую Отечественную войну заключалась в раннем комплексном, последовательно проводимом лечении.
Разные звенья этапного лечения располагали различными возможностями в отношении проведения тех или иных методов лечения. В войсковом районе проводилось преимущественно профилактическое лечение повреждений глаз; в армейском районе, наряду с этим, широко применялась химиотерапия, симптоматическое лечение. Патогенетическая терапия получила большое развитие во фронтовом и особенно в тыловом районе. На всех этапах местное лечение сочеталось с общим воздействием на организм. Профилактическая терапия преследовала цель не допустить развития раневой инфекции. Наряду с местным применением испытанных в офталмологии средств — колларгола, риванола, хинина и т. д., с самого начала войны стали применять сульфаниламидные препараты в виде припудривания раны и конъюнктивального мешка порошком белого стрептоцида или употребления соответствующих глазных мазей и приема внутрь сульфидина, стрептоцида, сульфазола. Во второй половине войны было распространено местное, а также и внутривенное применение альбуцида, получившего положительный отзыв со стороны большинства офталмологов. Следует указать, что была издана «Инструкция по применению натриевой соли альбуцида для лечения язв роговицы, химических и термических ожогов глаза».
Нельзя не упомянуть о применении в конце войны пенициллина. Во многих случаях он оказался более действенным, чем сульфаниламидные препараты в лечении и профилактике раневых инфекций.
Уже в войсковом районе применялась симптоматическая терапия (мид-риатики и миотики, раздражающие и рассасывающие — дионин, иод, сосудосуживающие и вяжущие средства); еще более широкое применение она получила на дальнейших этапах, Большинством указанных средств пользовались уже несколько десятков лет как в мирное время, так и в период военных действий.
Методы же патогенетического лечения, в войны до Великой Октябрьской социалистической революции почти не применявшиеся, нашли большое распространение в Великую Отечественную войну.
Течение раневого процесса в глазу зависит от многих условий: от наличия или отсутствия общих повреждений, особенно сопровождающихся осложнениями, от общих реактивных свойств организма, нередко ослабленного в боевой обстановке, от реактивности тканей поврежденного органа, характера поражения глаза и др.
В начальной стадии воспалительной реакции поврежденного глаза применяли дегидратационную терапию, которая осуществлялась, помимо внутривенных инъекций 10% раствора поваренной соли, также введением 40% раствора уротропина, оказывающего, наряду с дегидратаци-онным, и дезинфицирующее воздействие; широко применялось и внутривенное вливание 40% раствора глюкозы.
Эта же терапия в сочетании с применением тепловых процедур, горячих парафиновых апликаций, диатермии, ионофореза с йодистым калием или гальваноионодиатермии с иодом способствовала рассасыванию и действовала аналитически. При лечении повреждений глаза использовалось аналитическое и противовоспалительное действие УВЧ терапии и ультрафиолетового облучения эритемными дозами; широко применялась протеи-но- и аутогемотерапия. Для оживления окислительных процессов при кислородном голодании (контузии глаз) и стимуляции процессов рассасывания применялась оксигенотерапия. Повышенная проницаемость сосудистых стенок после ранений и особенно после контузий глаза вызывала необходимость применения хлористого кальция в виде внутривенных инъекций или ионофореза.
Улучшение обмена и питания сетчатки и зрительного нерва при развития в них атрофаческих и дегенеративных процессов достигалось применением гальванических и грязевых воротников. Подобного рода процедуры, воздействуя на вегетативную нервную систему, вызывают расширение сосудов, снабжающих кровью сетчатку и зрительный нерв; таким образом, увеличивается подвоз продуктов питания и удаляются продукты распада и метаболизма пострадавших элементов зрительно-нервного аппарата.
Для стимуляции физиологической системы соединительной ткани при длительно протекающих воспалительных процессах после повреждений глаза и глазницы и их осложнениях (иридоциклиты, остеомиэлиты) прибегали к применению антиретикулярной цитотоксической сыворотки А, А. Богомольца. К методам стимуляции защитных и обменных процессов можно отнести рентгенотерапию, применявшуюся местно в некоторых лечебных учреждениях, преимущественно в начальных стадиях травматических иридоциклитов (М. М. Балтии).
Широко применялись при ранениях и повреждениях глаз поливитамины или витамины А, В1 и С, биологическое действие которых заключается в подъеме общих защитных сил организма.
Положительное лечебное воздействие при травматических иридоци-клитах, гемофталме оказывало переливание крови. При тяжелых боевых травмах глаз, сопровождавшихся дегенерацией и атрофией элементов зрительно-нервного аппарата, во многих лечебных учреждениях применяли тканевую терапию по В. П. Филатову. Спинномозговые пункции применяли как в диагностических, так и в лечебных целях. Пользуясь этими средствами, лечащий врач всегда должен быть осмотрительным, применять их в меру и по соответствующим показаниям, чтобы избегнуть перераздражения. Опорными пунктами при назначении тех или иных процедур и их дозировке служили не только характер поражений, но и стадии их
развития и течения.

Диагностика непроникающих ранений при наличии современной офталмологической и рентгеновской аппаратуры в большинстве случаев не представляет трудностей. В зависимости от характера ранящего оружия и условий ранения встречались различные клинические картины. Так, ранение при взрыве на близком расстоянии противотанковой или противопехотной мины давало чрезвычайно характерную картину. Кожа век, лица, особенно лба, обожженная, темного цвета, с многочисленными внедрившимися мелкими черными инородными телами, частицами взрывчатого вещества и копоти.
Конъюнктива склеры тоже часто бывает обожжена и приобретает темно бурую окраску. Как в конъюнктиве, так и в роговой оболочке множество мелких инородных тел. Субъективно ожог сопровождается резко выраженным блефароспазмом, светобоязнью и слезотечением.
Чтобы получить точное представление о характере ранения, необходимо производить тщательное исследование органа зрения, пользуясь всеми принятыми в клинике методами. При блефароспазме и светобоязни прибегали к закапыванию 0,5% дикаина или 2% кокаина. После этого веки раскрывали подъемниками Демара (лучше с помощником), что давало возможность, пользуясь фокальным освещением, осмотреть глазное яблоко. Более точные данные получали, применяя при фокальном освещении бинокулярную лупу.

При непроникающих ранениях встречались различные повреждения конъюнктивы, склеры и особенно роговой оболочки. На роговой оболочке имелась эрозия, более глубокий дефект (травматический кератит), инфильтрат. или язва. Инородные тела обнаруживались в различном числе и на различной глубине (в поверхностных, средних или более глубоких слоях). При непрошткашщих ранениях необходимо было проводить исследование щелевой лампой и применять рентгенографию с целью исключения возможного наличия инородного тела в полости глаза. Эти диагностические приемы позволяли ставить точный диагноз, в особенности в отношении наличия инородных тел щ их локализации. Тем не менее в некоторых случаях, непроникающих ранений допускались ошибки при распознавании инородных тел, особенно если инородные тела застревали в склере и были прикрыты конъюнктивой, что делало их невидимыми для глаза исследователя.

Следует указать, что и многие другие советские офталмологи, предложившие оригинальные методы рентгенографии, пользовались ими в своей практической работе.
При ранении глаз инородными телами исключительно важное значение имеет своевременное сказание электромагнитной помощи в лечебных учреждениях передового района.
Следует отметить, что до Великой Отечественной войны не имелось достаточного опыта по организации этого вида помощи. На Дальнем Востоке в период событий на озере Хасан (1938) и на реке Халхин-Гол (1939) ее оказывали в единичных лечебных учреждениях, а в период войны с белофиннами (1939—1940) — в Ленинграде.
В Великую Отечественную войну вначале она была организована во фронтовых специализированных госпиталях, а впоследствии на некоторых фронтах и в армейских госпиталях. Для обеспечения этого вида помощи еще в начальном периоде войны были даны впервые в истории отечественной военной офталмологии официальные указания по организации глазной электромагнитной помощи, а также были изданы соответствующие официальные руководства («Инструкция по рентгенодиагностике инородных тел при ранении глаз» и др.), а кроме того, были проведены мероприятия по подготовке кадров офталмохирургов и по оснащению предметами, необходимыми для производства оперативных вмешательств по извлечению инородных тел (изготовление электромагнитов, протезов-индикаторов и схем-измерителей Балтина).
Очень мало испробованная до войны техника удаления внутриглазных немагнитных инородных тел была применена во вторую половину войны рядом советских офталмологов. В этой области, несомненно, имеются известные достижения. Важно отметить, что военный опыт дал большой толчок дальнейшему развитию методов обнаружения немагнитных тел (метод гониоскопии) и всестороннему изучению действия немагнитных тел, в частности, камня и стекла (М. Б. Чутко), при огнестрельных и экспериментальных травмах. Впервые во время войны изучена клиника этих повреждений, патогенез осложнений и разработаны показания к хирургическому извлечению немагнитных инородных тел.
Говоря об электромагнитной хирургии, нельзя не сказать об электромагнитной пробе. Впервые дана сравнительная оценка достоверности различных магнитных проб и выработаны показания и противопоказания к применению их. Опыт Великой Отечественной войны показал, что отрицательный результат электромагнитной пробы не дает возможности делать заключение о немагнитных свойствах осколка.
Этот опыт дал много ценного по вопросу об электромагнитной помощи. В результате этого опыта выявилась необходимость провести следующие мероприятия:
а) оснастить все глазные отделения госпиталей фронта и округов и специализированные госпитали армии как мощными электромагнитами с генераторами тока, так и портативными постоянными магнитами нового образца; крайне желательно снабдить их и электромагнитами средней мощности;
б) реконструировать существующие электромагниты в отношении увеличения их мощности, удобства транспортировки при условии обязательного выделения для них отдельных генераторов тока;
в) сделать подвижными электромагнитные установки, смонтировав их на специальной автомашине, снабженной генератором тона (наподобие подвижных рентгеновских установок);
г) проводить систематическое повышение квалификации офталмологов. по производству электромагнитных операций, а также офталмологов и рентгенологов по освоению методов точной рентгенодиагностики и определению локалиеации инородных тел в глазу;
д) учесть, что при организации в армейском районе специализированного госпиталя необходимы офталмологи глазной группы ОРМУ, хорошо знакомые с методами рентгенодиагностики, определения локализации и с современными методами извлечения инородных тел из глаза и глазницы;
е) широко использовать для оказания срочной электромагнитной помощи эвакуацию санитарной авиацией;
ж) усовершенствовать методы диагностики и извлечения немагнитных тел из глаза;-
з) обязательно применять рентгенографию во всех случаях не только огнестрельных ранений глаз, но и при их повреждении (контузии, ожоги), чтобы исключить возможность наличия осколка в глазу;
и) установить периодическое длительное наблюдение за всеми выписанными из лечебных учре?кдений не только при подозрении на инородное тело в глазу и глазнице или особенно при невозможности его удаления, но также и при успешном извлечении осколка.