Неблагоприятные послеоперационные исходы представляли редкое исключение: в единичных случаях длительно держался птоз верхнего века или хемоз конъюнктивы глазного яблока в области разреза. У раненого Л. после извлечения крупного осколка развились начальные признаки флегмоны, исчезнувшие после применения УВЧ терапии. Поражений нервов, расстройств движений и понижения функций глаза не наблюдалось. У большинства оперированных извлечение инородных тел давало благоприятный результат.
Извлечение инородных тел из глазницы показано и при остроте зрения, равной нулю; это дает возможность сохранить хотя бы слепой глаз (конечно, при отсутствии проникающего ранения глазного яблока). У некоторых раненых, несмотря на удаление осколка, позднее пришлось прибегнуть к энуклеации. Во всех этих случаях из глазницы были удалены настолько крупные осколки, что приходится удивляться, как могла сохраниться неповрежденной склера при наличии такой тяжелой травмы. В качестве иллюстрации приводится выдержка из одной истории болезни.
Г. ранен 24/XII 1941 г. осколком мины. При поступлении в эвакогоспиталь 31/X1I 1941 г. левый глаз без изменений; острота зрения рапиа 1,0. Правый глаз: обширный разрыв нижнего века почти до глазничного края. Глазное яблоко выпячено вперед и смещено кверху; движения его резко ограничены кнутри и кверху и полностью отсутствуют я остальных направлениях. Со дна глаза зеленоватый рефлекс; глазное дно не видно. Острота зрения равна нулю. Среди отечной конъюнктивы обнаружен раневой ход: при отведении веконодъемником виден край крупного инородного тела. Рентгенограмма (1/1 1942 г.): в лахерально-ниншем углу правой глазницы имеется значительных размеров металлический осколок, частично внедрившийся в гайморову пазуху и повредивший скуловую и верхнечелюстную кость; имеется затемнение гайморовой пазухи (рис. 78). 2/1 операции. После отсеиаровки мягких ткаисй инородное тело сравнительно легко извлечено пинцетом из костной стенки глазницы. Обнаружено, что склера полностью обнажена по всей наружной половине глазного яблока, но разрывов его не отмечается. Из глубины глазницы извлечены обрывки века с ресницами; обнаружен дефект нижнеорбитального края и ход, ведущий в гайморову полость. Проведена пластика конъюнктивы и разорванного нижнего века. В раневую полость введен сухой стрептоцид. Удаленное инородное тело — крупный осколок стали с неровными краями весом 33 г, длиной 3,7 см, шириной 2 см и толщиной 1,3 см. В послеоперационном периоде отмечалось улучшение самочувствия раненого; исчез экйо-фталм, значительно восстановились движения глаза; рана века зажила гладко, веко приняло почти правильную форму. Однако, ввиду непрекращающегося иридоцикпита (гипотония, цилиарные боли), пришлось прибегнуть к энуклеации.

Парафинотерапия, по данным автора, оказывала болеутоляющее действие и способствовала улучшению регенерации тканей, окружающих поврежденный участок. Следует отметить, что при ожогах I и II степени после применения парафинотерапии повышалась эластичность кожи век, что способствовало лучшему прилеганию век к глазному яблоку и тем самым предотвращало слезотечение.
При сочетании ожогов с мелкоосколочными ранениями не всегда удаляли множественные мелкие песчинки и порошинки, внедрившиеся в различные слои роговой оболочки. Удалению подлежали лишь очень поверхностно расположенные крупные инородные тела, а также инородные тела, вызвавшие инфильтрацию ткани роговой оболочки.
Попытки удалить мелкие частицы, глубоко внедрившиеся в роговую оболочку, часто бывали безуспешны и вызывали временное ухудшение вследствие большой травматизации ткани. Во фронтовых госпиталях автор о успехом применял в таких случаях припудривание конъюнк-тивального мешка сульфидином с последующим массажем глазного яблока через веко. Длительное пребывание сульфидина способствовало ускорению процесса выхождения инородного тела из ткани роговой оболочки, благодаря механическому слущиванию приподнятого над инородным телом эпителия. С. М. Хордас с успехом применял во фронтовых госпиталях дионин для ускорения выхождения множественных инородных тел из роговой оболочки.
Как показал опыт войны, лучшим из медикаментозных средств при всех ожогах являлся альбуцид.

В условиях военной обстановки лечение легких и средней тяжести ожогов альбуцидом дало положительные результаты.
При очень тяжелых термических и химических ожогах с обширным некрозом конъюнктивы глазного яблока некоторые офталмологи пересаживали на место некротизированной слизистой слизистую с губы (по Де-нигу). Эта операция, хотя в первые месяцы косметически и неудовлетворительная (утолщенная и гиперемироваиная пересаженная слизистая), оправдывается тем, что предохраняет глазное яблоко от сращения с веком, восстанавливает нарушенное питание роговой оболочки, что способствует просветлению помутнений. Эту операцию надо производить в первые же часы. Следует указать, что в боевой обстановке пересадка слизистой не всегда осуществима, особенно при одновременных ожогах кожи лица, слизистой губы и полости рта. Поэтому в условиях войны чаще приходилось пользоваться консервативными методами лечения ожогов глаз, чем в мирной обстановке при производственном и бытовом травматизме.
При обширных ожогах кожи лица, век и переднего отрезка глаза положительные результаты давали внутримышечные инъекции пенициллина с одновременной инстилляцией его в конъюнктивальный мешок (5 000 единиц в 1 см3).
Н. В. Очаповская в период Великой Отечественной войны при ожогах глазного яблока орошала роговицу дефибринированной кровью обожженного, что ускоряло регенерацию при дефектах ткани роговицы. С этой же целью она применяла при ожогах роговицы несквозную пересадку.
М. С. Розенберг и О. П. Силантьева в период блокады Ленинграда в 1942 г. назначали при ожогах кожи век и глазного яблока жир колюшки трехиглой, содержащий витамин А, и получали ободряющие результаты.
Из новых физических методов лечения ожогов кожи век и лица II и III степени М. М. Балтии (1944) использовал пограничные лучи. Им отмечено быстрое высушивающее действие пограничных лучей и ускорение эпителизации.
С. С. Шейнкман применял во фронтовом районе при ожогах кожи парафинотерапию через 1—2 недели с момента повреждения в период образования струпа с гнойным отделяемым под ним.

Если не удается найти обрывки внутренней связки, то на очищенный от ткани угол хряща накладывают шелковый шов с двумя иглами. На носовой раневой стороне позади связки проделывают небольшой туннель, через который проводят обе иглы и, прободая внутреннюю стенку, выкалывают на кожу. Шов завязывают на марлевом валике. Благодаря этому конец хряща прижимается к задней поверхности внутренней связки, и веко принимает правильное положение.

Если в ране находят оторванный конец внутренней связки, то, захватив пинцетом, его слегка вытягивают и накладывают на этот кусок связки кетгутовый шов в виде петли. Той же иглой прокалывают внутренний угол хряща века, предварительно очистив его от покрывающей ткани. Шов затягивают, и веко сразу принимает правильное положение.

Лоскут на ножке для образования наружной пластинки, в зависимости от местных условий, или накладывают непосредственно на раневую поверхность, или предварительно подводят под нижний мостик.
Последний способ применяют главным образом в тех случаях, когда в связи с наличием рубцов лоскут берут с более отдаленного от операционной области поля, например, со лба.
После приживления (через 10—12 дней) часть лоскута, находящуюся под мостиком, иссекают.
В некоторых случаях для образования наружной пластинки автор заменяет лоскут на ножке свободным лоскутом по Яценко-Вульфу-Краузе или Тиршу. По автору, особенно хороший эффект получается в случаях полного или частичного восстановления верхнего века при смешанном способе образования века: комбинация лоскута на ножке для образования внутренней пластинки века со свободным лоскутом для образования наружной.
Обязательным условием сохранения эффекта операции является ношение протеза. Это похмогает вначале формированию полости, а в дальнейшем предохраняет свод от уплощения, а вновь образованное веко — от изменения его формы.
Способ, предложенный А. И. Дашевским (1943), отличается от указанных выше только в деталях, в основном это также использование руб-цовой ткани. Основанный на том же принципе метод А. Э. Гольдфедера (1S44) существенно отличается прежде всего тем, что наружная пластинка века образуется не лоскутом на ножке, а свободным лоскутом кожи из области ушной раковины.
Описанный уже ранее метод И. Н. Курлова (1942) «лоскут-карман» для восстановления века был им во время Великой Отечественной войны тоже значительно усовершенствован и разработаны все детали этой операции.
Следует также упомянуть о методике, предложенной А. Э. Рауэром. Он рекомендует при вывороте века отсепаровывать слизистую вместе с краем века и подшивать к верхнему веку над сохранившимся глазом или протезом, а кожный дефект закрыть лоскутом, взятым с виска или со щеки. При полном отсутствии нижнего века и глаза веко восстанавливается из двух кожных листков: внутренний образуется из четырехугольного опрокидывающегося лоскута со щеки у нижнего края дефекта (с широким основанием), который завертывают кверху над глазным протезом и подшивают к верхнему веку. Наружный слой закрывают так же, как в предыдущем случае. При невозможности взять лоскут со щеки нижнее веко может быть образовано из уплощенного круглого стебля.
Способ «кожно-слизистой ленты по методу И. Н. Курлова» (1939) для восстановления века полностью применялся главным образом в тех случаях, когда необходимо было восстановить веко во вею его толщу при наличии глазного яблока. Этот способ нашел широкое применение во время Великой Отечественной войны.
Необходимо также упомянуть, что предложенный И. Н. Курлсвым до войны «лоскут-карман» для восстановления века с успехом применялся в течение Великой Отечественной войны как в оригинальной форме, так и в интересной модификации того же автора для образования верхнего и нижнего века с ресницами. Лоскут для кармана приготовляется таким образом. Делают разрез, огибающий бровь ио ее краю, захватывая часть ее' сверху: верхняя полоска брови предназначается для верхнего, а нижняя — для нижнего века.

Ввиду очень хороших условий питания, существующих в этом лоскуте, приживление его полностью обеспечено. Кроме того, он является прекрасной почвой для последующей дополнительной пластики, если она необходима, например, для последующего восстановления ресниц.
В некоторых случаях, если есть основание опасаться, что дефект на коже щеки после взятия лоскута может быть слишком широк и это представит затруднения при стягивании кожи для закрытия дефекта, можно образовать лоскут из двух кожных пластинок таким образом, что первая пластинка в 1,25 см ширины берется на двух ножках, а вторую такой же величины вырезают выше или ниже или сбоку от первой и оставляют на той ножке, которая лежит ближе к первой пластинке кожи, а дальнюю ножку отрезают. Это дает возможность повернуть вторую пластинку кожи так, чтобы подвести ее под первую и сшить их раневыми поверхностями.
Таким путем образуется тот же замкнутый микростебель, пригодный для тех же целей, что и микростебель, свернутый из одной пластинки, но с той разницей, что края узких ран на лице на месте выделенных кожных пластинок обнаруживают еще меньше наклонности к расхождению и оставляют после себя совершенно незаметные рубцы.
Микролоскут оказался чрезвычайно полезным и в качестве питающей ножки, на которую переносится предварительно заготовленный кожно-с л из истый лоскут.
Принцип второго метода восстановления полиостью века заключается в следующем: обычно рекомендуют предварительно удалить руб-цовую ткань и заместить ее путем трансплантации, но при этом не учитывалась возможность использования рубцовой ткани. Этот принцип операции впервые предложен автором (1942), а также независимо от него и почти одновременно с ним в других модификациях и другими советскими офталмологами (А, И. Дащевский, С, М, Хаютин, И, Ф, Копп), Ввиду того что способ уже опубликован (А. А. Колен, 1947), описание его не приводится.
Следует, однако, отметить, что способ прост и дает хорошие косметические результаты. Глазной протез держится очень хорошо. Вновь образованное веко постепенно (спустя 3—б месяцев) приобретает такой вид, что его иногда трудно отличить от нормального века.
Необходимо также указать, что для избежания перекручивания ножки лоскута по Фрике, что обычно ставят в упрек этому методу, следует от основания ношки лоскута проводить два разреза под углом к ней так, чтобы их направление совпало с длинной осью века, тогда после отсепаровки лоскут ложится на свое место не поворачиваясь.

Возможны два типовых повреждения век: а) когда разрушена кожная часть века, что сопровождается рубцовым выворотом и ведет к невозможности смыкания глазной щели, и б) разрушение века во всю его толщу, частично или полностью.
Восстановление кожной части века является относительно простой операцией. До Великой Отечественной войны существовало очень много методов устранения рубцового выворота, поэтому нужно остановиться на том новом, что уже нашло применение в период войны,
Это касается прежде всего тех случаев, когда рубцовый выворот явился результатом ожогов лица, когда задача восстановления нормального положения века осложнялась тем, что вся кожа лица полностью подвергалась грубым рубцовым изменениям и соседняя с веком ткань не могла поэтому служить материалом для замещения поврежденной кожи века.
Ввиду того что обычный свободный лоскут по Яценко-Вульфу-Краузе с его тенденцией к сморщиванию и резким отличием по цвету от окружающей кожи не удовлетворял косметическим целям, автор (1947) применил для целей глазной пластики, так же как это делали в других областях тела советские хирурги во время Великой Отечественной войны (Ю. Ю. Джанелидзе, 1945; С. Л. Шнейдер, 1944; А. Э. Рауэр, 1943; Н. М. Михельсон, 1943, и др.), перфорированный лоскут («лоскут-сито»), который до этой войны не применялся при глазных пластических операциях. Опыт применения этого лоскута для восстановления кожи века показал его большие преимущества в этом отношении.
В случаях ожога лица, когда нередко приходилось восстанавливать нормальное положение всех четырех век, замещать келоидные рубцы в области внутреннего угла глаза, можно отметить необычайную стойкость этого вида лоскута.
Ввиду того что в глазной пластике применение перфорированного лоскута описано А. А. Коленом и Е. А. Хургиной (1946), описание техники этой операции не приводится. Следует лишь отметить, что благодаря тому, что продырявленный лоскут в месте зияния отверстий имеет более насыщенно красный цвет, чем в остальных непродырявленных участках, лоскут после приживления имеет не такой белый цвет, как обычный лоскут по Яценко-Вульфу-Краузе, и значительно больше соответствующий цвету окружающей кожи, что дает очень хороший косметический результат.
Значительно более трудную задачу представляет восстановление века во всю толщу, в подавляющем большинстве случаев при отсутствии глаза.
Во время войны это восстановление достигалось при помощи следующих методов: а) с помощью микростебля, б) с использованием дупли-катуры из рубцовой ткани и видоизмененного (А. А. Коленом) лоскута по Фрике (1943), в) с помощью кожно-слизистой ленты по методу И. Н. Курлова (1939, 1948).

Ряд авторов как в отдельных работах, так и в медицинских отчетах останавливается на вопросе о хирургической тактике при ранениях век. Так, в работе А. Г. Кроля (1948) сделана попытка выяснить вопрос о хирургической тактике при ранении век.
Автор совершенно правильно указывает, что в этих случаях несвоевременная или неправильно оказанная помощь на первых этапах впоследствии приводит к ряду тяжелых последствий — грубым рубцам, колобомам краев век, спайкам слизистых век и глазного яблока.
Между тем многие врачи — хирурги и окулисты, как это указывает автор, не решаются накладывать не только первичные, но даже вторичные швы, а ждут, когда рана зарубцуется, и лишь тогда приступают к оперативному вмешательству.
Врачи воздерживаются от раннего хирургического вмешательства, опасаясь инфекции, но они не учитывают, что веко, благодаря исключительно развитой сосудистой сети, находится в благоприятных условиях питания и поэтому процесс заживления идет здесь чрезвычайно быстро. А. Г. Кроль рекомендует во всех случаях ранений век накладывать первичные швы, при позднем же поступлении раненого — вторичные швы и не эвакуировать раненого до снятия наложенных швов, причем для хирургической обработки раны даже относительно поздние сроки (1—3 недели от момента ранения) не являются противопоказанием.
Точею так же и Н. 3. Флёров (ОРМУ) указывает на значение раннего целесообразного вмешательства при ранении век. Он показывает при этом, как в течение войны увеличился процент наложения швов на веки, а именно: в 1943 г.— 10,0, в 1944 г.— 16,0 и в 1945 г.— 21,7. А. В. Гиль-ченко (ОРМУ) считает, что зашивать раны век в МСБ (где нет офтал-молога) нет никакой необходимости; наоборот, это может замедлить заживление ран.

Стереоскопическое изображение контрастированного глаза в глазнице может дать «полное представление о пространственном отношении инородного тела к оболочкам глаза» (М. М. Балтии). Следует, однако, отметить, что. стереорентгенография глаза также не вошла еще в широкую практику. Она нуждается в техническом усовершенствовании и упрощении методики. Первые шаги в этом направлении были сделаны М. М. Балтиным в годы войны.
Как упоминалось, наибольшие трудности для рентгенолокализации представляют случаи боевых травм с множественными осколками в одном или обоих глазах и в окружающих тканях век и глазницы. В этих случаях особенно важно тщательное сопоставление клинических и рентгенологических данных.
Н., 24 лет. На боковом обзорном снимке на фоне глазниц было обнаружено 6 осколков, из них два относились, судя по переднему снимку, к правой глазнице и четыре — к левой глазнице. Клиническое исследование показало, что в правом глазу один осколок находится в хряще верхнего века (просвечивает под конъюнктивой), а второй осколок офталмосконируется на глазном дне (1x1,5 мм), В левом глазу два осколка из четырех были обнаружены в коже век, один — в толще роговицы; не удалось клинически обнаружить лишь один осколок (3x1,5 мм). После того как были извлечены два осколка из век и осколок из левой роговицы, задача упростилась. Сделанные после этого снимки с протезом Балтина показали, что большой осколок (3x1,5 мм) находится в левой глазнице за глазным яблоком и. не подлежит извлечению. Осколок размером 1x1,5 мм, который офталмоскопировался в правом глазу, был извлечен диасклерально магнитом.
В тех случаях, когда в обеих глазницах имеется много инородных тел, иногда необходимо произвести боковые «контактные» снимки с малого расстояния. При этом на снимке получаются отчетливо тени осколков в глазнице, прилегающей к кассете, а тени осколков в противоположной глазнице становятся нечеткими из-за близости их к рентгеновской трубке.
Это упрощает решение задачи, позволяет выделить тот или иной осколок на боковом снимке и подобрать для него соответствующую по форме и размеру тень осколка на переднем снимке, а затем уточнить его локализацию на снимках с протезом Балтина.
Очень полезным при минных и других ранениях оказалось предложение М. М, Балтина пользоваться во время снимка векоподъемником (лучше из алюминия) в тех случаях, когда при большом числе осколков предполагается, что часть их находится в толще века, но клинически они не видны. Если инородное тело смещается векоподъемником, значит, оно находится в веке, а не в глазном яблоке.
При огнестрельных ранениях глаза нередко приходилось пользовать-, ся методом так называемых бесскелетных снимков глаза. Это относилось к тем случаям, когда имелись клинические признаки проникающего ранения глаза, а на обычных обзорных снимках инородное тело в глазу не обнаруживалось. Насколько известно, на обычных рентгенограммах не всегда удается получить тень очень мелких (точечных) металлических осколков, а также осколков стекла, камня, алюминия или других инородных тел с небольшим атомным весом. Если они находятся в переднем отделе глаза, их удается иногда выявить на бесскелетных снимках, сделанных по методу Фогта (Vogt).